Александр Дзядзько

10 января 2014


анестезиолог-реаниматолог

Настенные часы в виде штурвала с пожеланием «Рулите нами долгие годы, несмотря на время» подарили коллеги в День анестезиолога руководителю отдела анестезиологии, реанимации и интенсивной терапии РНПЦ трансплантации органов и тканей, кандидату мед. наук, главному внештатному анестезиологу-реаниматологу Минздрава Александру Дзядзько.

К слову, традиция отмечать День анестезиолога появилась 15 лет назад — с его приходом в коллектив 9-й ГКБ Минска. И с тех пор свято соблюдается. В профессии он 31 год. Безусловный авторитет.


Территория боли 

Перед началом беседы Александр Михайлович провел меня по реанимации, обратил внимание на оснащенность, оборудование, показал изолятор, палаты, рассказал о пациентах. И о банальном случае, который обернулся трагедией.

Мужчину из Могилевской области привезли в крайне тяжелом состоянии. Поел грибов, через сутки — расстройство желудка, рвота, поднялась температура, пожелтела кожа. Вначале его спасали в местной больнице, потом в областном центре, в инфекционной клинике. В минскую 9-ю ГКБ доставили уже с нарушением жизненно важных функций — в срочном порядке пересадили пострадавшему печень, но орган не прижился. Спустя трое суток выполнили трансплантацию от другого донора. Нарушения в организме столь серьезны, что никаких прогнозов Дзядзько не дает, главное сейчас — сохранить человеку жизнь, которая едва теплится.

…Малышу, внезапно заболевшему тяжелым (фульминантным) гепатитом, пересадили часть печени от матери. Второму мальчику такую же операцию провели из-за врожденных заболеваний иммунной системы. Еще неделю назад они были вполне здоровы — и вдруг оказались на грани.

В этих стенах особенно остро ощущаешь человеческую уязвимость. Неподготовленному находиться здесь тяжело. Сразу понимаешь, почему специалисты этого профиля в таком дефиците. Большая нагрузка, ответственность, эмоциональное напряжение, неизбежно приходящее выгорание, постоянные стрессы, которые увеличивают риск сердечно-сосудистой патологии (продолжительность жизни анестезиологов-реаниматологов — одна из самых коротких среди медиков), невысокая оплата труда — все снижает привлекательность специальности в глазах выпускников медвузов. А человеку стороннему вообще трудно поверить, что такую работу можно любить.

Не избегая пафоса, мой собеседник признается: даже в самые тяжелые, 1990-е годы, когда дежурил по 10–12 ночей в месяц, чтобы хоть как-то прокормить семью, ни разу не пришло в голову уйти из профессии.

От Смоленской глубинки
до РНПЦ трансплантации

Строго говоря, Александр Дзядзько не выбирал специальность. После лечфака 2-го Ленинградского мединститута проходил интернатуру в Смоленской областной больнице, там ему предложили стать анестезиологом-реаниматологом, которых и тогда не хватало. Он согласился.

— Мое поколение анестезиологов-реаниматологов прошло тернистый путь, — убежден Александр Михайлович. — В начале 1980-х годов, когда я только осваивал специальность, казалось: за каждого больного ведем настоящий бой. Все держалось на энтузиазме, на духе романтики. Тогда не было интернета, ощущался острейший дефицит нужной для работы информации. В ЦРБ поселка Хиславичи Смоленской области, куда меня распределили, приходил только один журнал по специальности, его зачитывали до дыр. В сложных ситуациях не с кем было посоветоваться, проконсультироваться. В кризисные 90-е годы прошлого века трудились в условиях хронического дефицита. Все старались как-то выходить из положения; выручали нестандартные творческие подходы…

Самоотверженное служение вознаграждалось. В доме у Александра Дзядзько со времен работы в Хиславичской ЦРБ хранится сувенир — кружка с гравировкой «Спасибо за жизнь». Подарил ее парень, который на мотоцикле попал под КамАЗ и получил тяжелую сочетанную травму. За молодого человека боролись — и спасли.

Каждый период профессиональной биографии Александр Дзядзько считает интересным. В 1990-е годы он участвовал в создании медицинского центра МТЗ, который возглавлял Александр Шакутин. Тогда удалось реализовать многие нововведения: создать службу амбулаторной анестезиологии с обеспечением современных стандартов безопасности, один из первых в стране дневной стационар, внедрить в амбулаторную практику методы эфферентной терапии. Оказалось, они несколько опередили время…

В 1998 году Александра Дзядзько назначили заведующим отделением анестезиологии 9-й ГКБ. На тот момент в «девятке» было много хирургических коек, и их структура с точки зрения клинической анестезиологии представлялась достаточно интересной. Функционировали отделения общей, гепатобилиарной, челюстно-лицевой, лор- и нейрохирургии, портальной гипертензии, ставшее впоследствии базой для развития «большой» печеночной хирургии и трансплантации этого органа.

Требовалось повысить безопасность и эффективность анестезиологической службы. Главврач 9-й ГКБ Валерий Кушниренко одобрил предложенные Дзяздько новации. В 1999 году здесь появилась первая в стране палата пробуждения. В условиях ограниченных ресурсов ее создание финансово поддержали далекие от медицины люди, в частности директор ЗАО «Сагбел» Александр Невмержицкий. Кстати, именно в этой палате спустя годы оборудовали операционную, в которой выполнили первые трансплантации печени. Здание оперблока тогда уже закрыли на реконструкцию.

Создание РНПЦ трансплантации органов и тканей и участие в операциях по пересадке стало особым этапом для Александра Дзядзько. Официально центр открыли на базе 9-й ГКБ в марте 2010-го. Шли к этому, разумеется, не один год. Реконструировали прежние помещения, специально обучались в Москве и в Германии.

— В 2006 году мы, белорусские специалисты, впервые увидели в Москве трансплантацию печени, длившуюся 18 часов, — делится Александр Михайлович. — Нас познакомили с девочкой, которой полтора года назад пересадили печень. Трудно было поверить, что тяжелобольной, по сути умирающий ребенок с атрезией желчевыводящих путей сегодня — милая здоровая малышка. Это произвело колоссальное впечатление. Сразу стало понятно: трансплантология открывает невиданные перспективы, упустить такое нельзя. Что ни говори, а из-за своего отставания мы комплексовали перед коллегами из Москвы. А тут представился случай доказать, что и мы не хуже. И это были не только наши профессиональные амбиции, а престиж Беларуси, статус отечественной медицины в Европе.

В 2006 году Александру Дзядзько исполнилось 48 лет. В таком возрасте переучиваться, начинать новую жизнь? Но его захватила масштабность задачи, чувство причастности к большому важному делу. Да и некуда отступать: он заведовал отделением анестезиологии 9-й ГКБ, на него, как и на других специалистов, возлагалась государственная задача. К тому же он из породы людей, которые если взялись за гуж, то не скажут, что не дюжи. Потребовались молодые и честолюбивые помощники. Сегодня под руководством Александра Дзядзько работают почти 100 человек, из них 28 врачей, средний возраст которых 32 года. Те, с кем мне удалось побеседовать, отмечали командный дух, высокую дисциплину, атмосферу творчества и говорили, что всего этого удалось добиться их шефу. 

— Александр Михайлович всячески стимулирует нас к постоянной учебе, чтобы мы не останавливались на достигнутом, — замечает анестезиолог-реаниматолог Марина Манулик. — Требовательность у него сочетается с доброжелательностью. Его эмоциональное равновесие передается окружающим, вселяет уверенность.

— Он сумел сплотить коллектив, мотивировать на четкую, слаженную работу. Каждый чувствует и понимает ответственность за конечный результат, — добавляет Татьяна Штытько.

В самом начале деятельности РНПЦ Александр Михайлович присутствовал на всех операциях. Эмоциональный след, который оставили в его памяти первые трансплантации, сравним с тем, какой бывает от самых знаковых событий в жизни человека. Невозможно забыть этих пациентов. Непростой оказалась пересадка печени экс-главе израильской разведки «Моссад» Меиру Дагану. Событием стала уникальная операция на легком, проведенная в прошлом году, — подобных, помимо Японии, еще нигде не выполняли. Больному сохранили легкое, удалив пораженную опухолью часть и имплантировав здоровые ткани.

Рассказывая об успехах таких трансплантаций, обычно называют имена хирургов, которые провели пересадку органа. Но медики отлично понимают: хороший результат любой высокотехнологичной операции — заслуга коллективная; подведет один — работа всех обесценится. Каждый член бригады в момент пересадки органа незаменим.

Во время операции анестезиолог «отключает» некоторые жизненно важные функции организма. Риски же, пусть и минимальные, связанные с нарушением их восстановления, остаются. Чтобы избежать непоправимого, нужны знания, опыт и интуиция. Поэтому в самых сложных операциях по трансплантации органов бригаду анестезиологов-реаниматологов возглавляет Александр Дзядзько.
Он сравнивает людей своей профессии с авиадиспетчерами. Как для последних важно, чтобы самолет взлетел и благополучно приземлился, так и анестезиологу надо не только обезболить, но и обеспечить жизнедеятельность организма во время операции, восстановление после вмешательства.

Александр Дзядзько с женой и внучками.

О преемственности,
внутрибольничной логистике
и жизни после жизни

— Сегодня высказывают мнение о разделении анестезиологии и реаниматологии. Вы сторонник этого?

— Нет. На Западе нет реаниматологии, а есть анестезиология и интенсивная терапия, которой занимаются профильные специалисты. У нас анестезиология и реаниматология многие десятилетия была единой специальностью, что дало много плюсов. Чтобы разделять, нужно качественно менять систему подготовки кадров, организации медпомощи. В нашей работе важна преемственность: тот, кто проводил анестезию, завтра должен заняться восстановлением больных. Поскольку наш врачебный коллектив молодой, то делаем ротацию: каждый сотрудник месяц работает анестезиологом,
а месяц — реаниматологом. Так прививается ответственность за конечный результат, быстрее приобретаются навыки.

— Чему, на ваш взгляд, стоит поучиться у зарубежных коллег?

— В Ганноверской высшей медицинской школе, где учился проводить трансплантации печени, для меня стало откровением многое в организации деятельности этого учреждения, во внутрибольничной логистике. Например, есть служба, выполняющая огромную часть обязанностей медсестры, что разгружает от рутины средний медперсонал. Подготовленные медсекретари ведут документацию, врачи почти не отвлекаются на это. О своих впечатлениях от той командировки в Германию я написал эссе, его напечатали в специализированном московском журнале «Анестезиология и реаниматология» и в отечественных «Новостях хирургии».

Реформы нам придется проводить в системе подготовки анестезиологов-реаниматологов. Нужно увеличить сроки последипломного образования. В Европе, в США выпускник медвуза во время учебы в т. н. резидентуре работает 5–7 лет под контролем и только потом, доказав профессиональную состоятельность, получает сертификат.

— Сегодня, когда говорят о сотнях пересадок почек и печени, вы уже так не волнуетесь?

— Это особое волнение, понятное профессионалу. Важно, чтобы намеченный алгоритм операции не дал сбоя.

— А в жизнь после смерти верите?

— Нет, я стою на принципах материалистического мировоззрения. Мои пациенты не рассказывают мне того, о чем написал господин Моуди, автор книги «Жизнь после жизни».

Три главных города
«Минчанина года — 2013»

В сентябре минувшего года Александр Дзядзько был удостоен звания «Минчанин года — 2013» в области здравоохранения. Дорожит этим званием, хотя сам родом из Чернигова, а медицинское образование получил в Ленинграде. Чернигов, Ленинград, Минск — три главных города в его жизни. Именно с ними ощущает особую духовную связь, именно в них черпает силы.

В Чернигове рос, там прошло детство. Когда умер отец, старшей сестре было 12 лет, ему 9, а младшей — 4 года. Мама, Ольга Александровна, медсестра, много работала; воспитывать детей помогала бабушка. Семья жила скромно, но дружно. И сегодня, несмотря на загруженность, Александр Михайлович старается раз в месяц вырваться в Чернигов, навестить маму и старшую сестру Людмилу. 
В Ленинграде получал образование, культурно развивался, формировался как личность. Здесь встретил будущую жену Раису Николаевну, которая приехала на учебу из Беларуси.

В Санкт-Петербурге живет младшая сестра Светлана, детский хирург-офтальмолог. Сюда Александр Михайлович тоже стремится, как на встречу с дорогим давним другом. Когда был с коллегами на съезде анестезиологов, провел экскурсию для молодых врачей. Всех поразило, сколько он знает об истории города на Неве и с какой любовью о нем говорит.
В Минске Дзядзько состоялся как специалист. Здесь появился собственный дом, росли и учились сыновья. Старший Михаил — тоже анестезиолог, младший Николай — инженер, специалист по промышленному птицеводству. Тут родились внуки Николай, Мария и Вера. 

— Мне в Минске на редкость комфортно, очень удобный для жизни город. Люблю его за особую дружелюбную атмосферу, открытость. Когда есть время, с удовольствием гуляю по набережной вдоль Свислочи.
К сожалению, бывает это редко. Самый большой дефицит, который ощущает Александр Дзядзько, — дефицит времени. Когда тебя просят «рулить долгие годы, несмотря на время», от многого приходится отказываться. 


Олег Руммо, руководитель РНПЦ трансплантации органов и тканей:

«Александр Дзядзько сумел создать в нашем РНПЦ одну из лучших в стране служб анестезиологии и реаниматологии.
Он очень надежный человек. »

Леонид Болонкин, анестезиолог-реаниматолог, преподаватель кафедры трансплантологии БелМАПО:

«Это специалист высочайшей квалификации. Отличный организатор, постоянно генерирует интересные идеи. Чудесный врач, умеющий видеть в людях только хорошее. За 16 лет, что мы знакомы, не припомню случая, чтобы он не выполнил своего обещания, не сдержал слова, подвел. »

 

 




Комментировать


comments powered by HyperComments