Подписка 2019

В РНПЦ детской хирургии успешно прооперировали младенца с грыжей диафрагмы в сочетании с блуждающей селезенкой

18 августа 2016

Автор(ы):
Евгений Креч (фото),   Светлана Стаховская


Ильюшино счастье

Полуторамесячный Ильюша наконец дома. Мама с трудом сдерживает слезы: «Не могу отойти ни на шаг: хочется все время видеть его, быть рядом».

Ребенок желанный, долгожданный. Беременность протекала легко. Марина, сама врач,  соблюдала все предписания акушеров-гинекологов, исправно ходила на УЗИ. Страшную новость узнала после родов в реанимации (из-за слабости родовой деятельности медикам пришлось экстренно выполнять кесарево сечение). 

«У вашего сына сложная патология: врожденная диафрагмальная грыжа, требуется операция».

При таком недуге кишечник или его часть, селезенка, иногда желудок, часть толстой кишки располагаются в грудной клетке. Дети дышат лишь одним легким, но даже оно полноценно не функционирует, поскольку сдавлено сердцем и кишечником. С рождения нужна вспомогательная вентиляция легких.

В Беларуси ежегодно около 15 таких младенцев, в Кобрине — впервые. Илью срочно транспортировали в Брестскую детскую областную больницу, а затем в РНПЦ детской хирургии.

>> Александр Махлин
заместитель директора 
РНПЦ детской хирургии:

— Мальчик поступил к нам в очень тяжелом состоянии: грыжа сильно сдавливала сердце и легкие. Прооперировать ребенка смогли лишь на 9-е сутки: выполнили торакоскопию. Вмешательство прошло успешно, малыш потихоньку восстанавливается, дышит самостоятельно.

Технология торакоскопии хорошо отработана. Впервые в республике применили ее в Детском хирургическом центре в 2009 году.

До этого операции при таком недуге выполнялись полостные и через живот. Существенный минус в том, что повторное вмешательство, которое часто требуется, провести почти невозможно. При доступе через грудную клетку живот остается нетронутым. 15 лет назад летальность среди подобных больных достигала 90%, сегодня — единичные случаи. Сыграло роль и совершенствование анестезиолого-реанимационной помощи. Детей стали «дотягивать» до 4–6-го дня после рождения, благодаря чему улучшились прогнозы.

У Ильюши обошлось без осложнений, хотя, признаться, мы их опасались. Подвох ждал с другой стороны: через 3 дня после торакоскопии обнаружены явления перитонита — следствие перенесенной внутриутробной инфекции. Выполнили еще одну операцию: «помыли» животик.

С 7-го дня после второго вмешательства стало понятно: ребенка невозможно кормить. Вся еда устремляется назад. Поначалу заподозрили рефлюксную болезнь — это заболевание часто встречается в сочетании с врожденной грыжей. 

Рентгенологическое обследование выявило, что желудок перекручен. УЗИ перед операцией установило: в проблемах с пищеварением виновна... селезенка. Она находилась в полости таза.

>> Александр Свирский
заведующий отделом хирургии 
РНПЦ детской хирургии, 
кандидат мед. наук, доцент:

— В норме селезенка фиксируется к диафрагме и желудку связками. У нашего пациента связочный аппарат был с очень длинной сосудистой питающей ножкой. Тяжелая селезенка, опустившись, перегнула желудок так, что тот сложился надвое. Ребенок не мог получать питание традиционным способом (все эти недели усваивал внутривенное).

Перед нами стояла задача развернуть желудок и зафиксировать селезенку на месте.

Сложность в том, что селезенку у новорожденных (как и печень) ушить невозможно. Капсула органа настолько нежна, что при малейшем прошивании возникают разрывы и кровотечения. Удалять — тоже не лучший вариант, т. к. это приводит к снижению иммунитета и вероятности развития молниеносного сепсиса (у спленэктомированных переход от здорового состояния к смерти иногда занимает лишь 24 часа).

У нас был опыт (порядка 5 операций), когда при вмешательствах по поводу кровотечения селезенки мы использовали трупную твердую мозговую оболочку и заворачивали в нее орган, чтобы уберечь его от потери крови.

Пошили мешочек из специальной перикардиальной пластины, которую обычно используют кардиохирурги для коррекции пороков сердца. Погрузили селезенку в этот мешочек, завязали его и обшили вокруг ребра. Кроме того, выполнили гастропексию желудка: зафиксировали таким образом, чтобы не мог заворачиваться. Через 4 дня после вмешательства стали потихоньку давать пациенту смесь, он начал усваивать ее, набирать вес.

За 30-летнюю историю Детского хирургического центра ребенка с блуждающей селезенкой встречаем лишь в третий раз. У новорожденного сталкиваемся с такой патологией впервые, ни разу прежде не было у нас и сочетания этой особенности с диа­фрагмальной грыжей…

— Знаю, что лечить деток намного сложнее, чем взрослых, ведь малыш не может ни объяснить, что чувствует, ни показать, где болит, — говорит мама Ильюши Марина Волосевич. — Пока сынок был в реанимации, приезжала к нему, узнавала о его состоянии по телефону. Днем и ночью около деток дежурит добрый и заботливый медперсонал. Низкий поклон всем, кто ухаживал за моим сыном и спасал его жизнь: Александру Махлину, Александру Свирскому, всем медработникам РНПЦ детской хирургии. Выражаю благодарность и Президенту нашей страны Александру Лукашенко за внимание к развитию здравоохранения. Как хорошо, что в республике имеются такие центры, где есть врачи, оборудование и где помогут даже в нестандартных случаях.


Комментировать


comments powered by HyperComments