Заведующая терапевтическим отделением Россонской ЦРБ Мария Добриневская — трижды мама. Дети гордятся тем, что она доктор, хотя порой и ревнуют к работе. Сын Максим — автор рисунка, который вошел в коллекцию лучших по итогам ежегодного конкурса «Медицинского вестника». На рисунке — здание больницы, которой, к слову, больше 95 лет.
В 2022 году Мария Сергеевна удостоена премии имени Героя Советского Союза Зинаиды Туснолобовой-Марченко, учрежденной Витебским облисполкомом для укрепления престижа семьи и материнства. В 2025 году стала «женщиной года Россонщины».
Начинала Мария Сергеевна участковым терапевтом и кардиологом, некоторое время была начмедом, замещала главного врача. Полученные компетенции служат опорой в работе, а материнство научило грамотно распределять время и расставлять приоритеты.
Читала очень много добрых отзывов о вашей работе… А какой вы начальник?
Мне нравится лечить. На мой взгляд, руководитель должен быть волевым, а где-то и жестким, чтобы привести команду к намеченным целям. И в то же время важно быть человечным, способным разглядеть сильные стороны каждого сотрудника, чтобы грамотно выстроить внутренние процессы.
Мне не хотелось бы примерять на себя роль строгого руководителя. Наша семья переехала в Россоны, когда мне было 3 года. Мы буквально жили в больнице, пока родителям дали квартиру. Я выросла в этих стенах, все время после сада, а потом и школы проводила здесь с родителями. Как я могу держать коллег, которые меня буквально вырастили, в ежовых рукавицах?
Могли ли выбрать другой путь? Ведь часто дети врачей, зная о сложностях профессии, не хотят жить на работе…
У нас медицинско-педагогическая семья, уже несколько поколений. Бабушка по маминой линии — учитель, ее сестра — врач, заведовала поликлиникой в Витебске. Мама Александра Михайловна Оленицкая — врач-терапевт, ее сестра — учитель. И мы с сестрой продолжаем традицию: она педагог, а я врач. Старшие, как правило, выбирают путь наставников, а младшие — медицину.
Папа Сергей Борисович Оленицкий был первым медиком по своей линии — оперирующим акушером-гинекологом, выполнял сложные вмешательства. Он трагически погиб, когда мне было 6 лет… По семейным рассказам, именно папа привез нас в Россоны, так манила его здешняя природа. До этого они с мамой успели поработать в разных уголках страны и даже в Эстонии.
Через годы до меня эхом долетают воспоминания о папе-враче от людей, которым он оказывал помощь, и тех, кто с ним работал.
Училась я в Витебске, как и мои родители. Интернатуру проходила в Полоцкой горбольнице, почти все время проводила в кардиологии. Потом вернулась в Россоны, где меня сразу назначили участковым терапевтом и кардиологом. Старалась не подвести: постоянно обучалась на месте, курсах и стажировках. Навыки кардиолога актуализирую и сегодня.
Не воспринимали ли молодого кардиолога как «девочку, которую вырастили», а не как коллегу?
Я пришла в ЦРБ в статусе врача, когда еще работал костяк коллектива из маминого поколения. Они меня и замуж отдавали как дочку, и каждому малышу моему радовались как внуку.
Алина Владимировна Чумакова, в то время начмед, взяла меня, молодого специалиста, под свое крыло. Счастье работать и дружить с таким профессионалом! Немного скучаю по той атмосфере. Период пандемии, на мой взгляд, приучил всех к дистанции, поспособствовал онлайн-автономности каждого.
Многое изменилось с тех пор в здравоохранении в общем и в больнице в частности?
Недавно обсуждали, что палаты кажутся тесными по современным меркам. А по рассказам Алины Владимировны, то же помещение вмещало чуть ли не вдвое больше койко-мест!
Когда-то у нас не было возможности делать определенные анализы, а сегодня перечень биохимических маркеров постоянно расширяется. Стали доступны также кардиоспецифические маркеры, тот же тропонин, который помогает выявить сердечную патологию (инфаркт миокарда). Мы с коллегами стараемся эффективно использовать все доступные ресурсы.
Вы затронули важную тему: мессенджеры хороши для скорости работы, но, по сути, каждый одинок в сети…
Потребность в человеческом контакте, простом разговоре особенно заметна среди пациентов старшего поколения. Подростки уже «воспитывались» с телефоном в руках, и потому взаимодействовать с ними нужно по другим алгоритмам, через интерес. Пытаюсь балансировать. Хотя и собственных детей порой разговорить непросто, а диалог важен.
Иногда мы оставляем телефоны дома и отправляемся семьей наводить красоту на участке. За время уборки столько переговоришь всего! Дети, которые поначалу могли идти на улицу с неохотой, затем вспоминают эти дни с радостью. И пожилым, и юным нужно внимание и понимание, нужно оно пациентам, коллегам. Не просто текстовое сообщение «Как дела?/Всего хорошего», а разговор, заинтересованный взгляд, уместное прикосновение — большая ценность в наше технологичное время.
Бывает, выхожу на обед и не могу дойти — по пути встречаю пациентов. Хотят сказать пару слов, иногда сообщают о покалывании в области сердца. Разве я могу не прийти на помощь, оставить человека с проблемой?
Хороший врач в моем понимании — это профессионал, а в понимании пациента — тот, кто выслушал. Поверьте, если пациента выслушать, половина его соматических проблем пройдет!
Значит, вы знаете о потребностях пациентов из первых уст. Что их беспокоит?
Часто сталкиваюсь со стигмой в назначении антидепрессантов. Увы, для пациентов само название пугающее. Поэтому, когда появляется накопительный эффект и пациент чувствует, что ему лучше, на простом языке объясняю, как все работает, почему стоит продолжить прием, как делать это правильно, какой результат ожидаем.
Проводим профилактическую информационную работу, выезжаем в коллективы, наполняем актуальной информацией сайты, каналы в мессенджерах. Это тоже имеет эффект.
Как думаете, ваши дети продолжат династию?
Старшая Настя мечтает работать в службе скорой. Когда дочка говорила, что хочет поступать в медколледж, порекомендовала ей целиться в университет. Услышала аргументированные возражения и осознала, что я мыслила с позиции удобства родителя. На деле же мне важнее, чтобы Настя была счастлива. Доверяю ей: захочет, будет фельдшером, а пожелает стать врачом — все дороги открыты.
Учусь у детей гибкости мышления, привношу это и в рабочую среду. Отзывчивость, готовность прийти на помощь — те качества профессии, которые беру в повседневную жизнь.
Сын не может определиться, увлекается многими направлениями: посещал театральный кружок и художественную школу, участвовал в различных конкурсах, проявил себя как чтец стихов и ведущий. В данный момент его интересует история. Это увлечение и подтолкнуло его поучаствовать в конкурсе рисунков «Медицинского вестника». Он старался передать атмосферу нашего исторического здания, с которого начиналась летопись больницы.
Младшая дочка сообщила, что мечтает стать… пенсионером. Вижу в этом не наивность, а желание проводить с мамой больше времени. «Мама лечит и отвечает на вопросы даже перед сном, потому что сильно любит пенсионеров…» — как-то заявила она.
Какое качество характера считаете своей суперсилой?
Честность. В воспитании детей я называла вещи своими именами, предупреждала об опасности. И если дети понимают, что лезть в розетку определенно не стоит, то и взрослым надо сказать о важности диагностики и лечения на их языке.
Все понимают, что доктор владеет профессиональной лексикой, но умение говорить просто и при этом так, чтобы слово лечило, — вот что важно.
Хорошо, когда врачу пациенты доверяют и боятся подвести и не выполнить обещание. Пользуюсь своим авторитетом для их же блага.
Что помогает вам не выгореть на работе?
Даю себе время заниматься любимыми делами. Пока была в декретном отпуске, вели хозяйство. Были у нас и коровки, и поголовье свиней. Так я узнала о себе, что могу варить сыры, делать другие изделия. Обучалась всему по видеороликам.
Конечно, когда вернулась на работу, совмещать два занятия стало очень трудно, но мой дом — моя отдушина, место тишины, где можно разгрузить голову. Радует, что рядом и дом мамы. Мы вместе реализуем наши идеи, создаем красоту.